Популярная версия гласит: чайный пакетик возник по ошибке. Около 1908 года нью-йоркский торговец Томас Салливан отправлял покупателям чай в шёлковых мешочках, а те заваривали их целиком. Но документы указывают, что похожее приспособление запатентовали за несколько лет до этого.
Патент из Милуоки
В 1901 году Роберта Лоусон и Мэри Макларен из Милуоки подали заявку на «держатель для чайных листьев». Патент № 723287 женщины получили 24 марта 1903 года.
Их устройство представляло собой небольшой мешочек из редкой ткани на одну чашку. Его стягивали проволокой, а затем помещали в чашку и заливали горячей водой. Изобретательницы хотели упростить приготовление одной порции чая и не допустить, чтобы листья плавали в напитке. Однако сведений о массовом производстве или коммерческом успехе патента нет.
Легенда о торговце и путь к массовому производству
История Салливана остаётся популярной, хотя её подробности не подтверждены. Торговец чаем и кофе с таким именем действительно существовал и, вероятно, помог распространить чай в мешочках. Но неизвестно, возникла ли идея именно из-за ошибки клиентов. В разных пересказах меняется даже материал упаковки: называют шёлк, муслин и марлю.
К 1920-м годам чай в пакетиках уже продавали в США, но их изготовление оставалось ручным. В 1929 году немецкий инженер Адольф Рамбольд создал для компании Teekanne автоматическую упаковочную машину, способную выпускать около 35 марлевых мешочков в минуту. Год спустя Уильям Хермансон запатентовал пакетик из бумажного волокна, который можно было запаивать нагревом.
Бумажные материалы и механизация сделали производство дешевле. Привычная прямоугольная форма появилась позднее, после 1944 года: ранние пакетики больше напоминали небольшие мешочки. Широкое распространение чай в пакетах получил в 1950-е годы, в том числе в Великобритании.
Так что у чайного пакетика нет единственного известного создателя и одного бесспорного момента изобретения. За удобным способом заваривания стоят ранний патент, новые материалы и развитие производства, а эффектная история о случайности остаётся лишь одной из версий.